Впрочем, понятие о верхе и низе для нас исчезло: оно условно. Я ловлю товарища, потерявшего равновесие, за пояс и усаживаю в кресло.
Вместо благодарности он бросает:
— Ракета!
На экране она ясно видна: летит впереди нас почти с такой же скоростью, как малый спутник. Мы догоняем ее, и кажется, вот-вот столкнемся. Но вдруг из хвоста ракеты вырывается сноп пламени. Она отрывается от нас. Однако расстояние постепенно уменьшается. Нас разделяет всего лишь несколько сот метров.
Огненная струя медленно гаснет. В окне ракеты появляется широкоплечий, с моложавым энергичным лицом директор нашего института. В радионаушниках слышится его голос:
— Привет жителям Космоса!
Ракета касается обшивки малой луны, щелкает автоматическая сцепка, и наш корабль вырос на одну секцию. Одиночество кончилось. Воздухонепроницаемый тамбур соединяет люки, мы шумно приветствуем друг друга.
А тем временем в Калуге на космодроме института имени К. Э. Циолковского идет очередная подготовка к взлету. Через каждые 23 часа 56 минут 4 секунды, с громовым гулом извергая огненный столб газов, новая ракета взмывает в небо.
С математической точностью она описывает заранее рассчитанную дугу, сбрасывая выгоревшие, ненужные двигатели на парашютах. Не проходит и четверти часа, как ракета прибывает к нам, словно маленький поезд с двумя баками-вагонами, раньше заполненными топливом. Эти баки мы соединяем в одно целое, и так растет наш космический остров.
Может показаться странным, что всем ракетам удается соединиться с нашим спутником. Но это не столь сложно. Перелеты из одного города в другой на самолетах, оснащенных приборами-автопилотами, — обычное явление. А малая луна, несмотря на свое стремительное движение, в момент вылета очередной ракеты находится в одном и том же положении относительно космодрома в Калуге. Вдобавок ракеты снабжены радиопеленгаторами и радиолокаторами.