Но после отъезда Караулина в тундре случилось непредвиденное. Все заметили, что добыча песцов и лисиц резко сократилась. Оторванные от своих семей и оленей, оленеводы охотничьих бригад часто бросали капканы на произвол судьбы, догоняли укочевавшее стойбище.
«Что же такое получается?» — спрашивал себя Журба, не зная, как выправить положение.
Прибыв в стойбище Кумчу, Журба узнал, что и здесь все пастухи, выделенные в охотничьи бригады, бросили свои капканы, вернулись домой. Надо было что-то предпринимать. Владимир решил обратиться за помощью к старику Ятто.
— Послушай, Ятто. Ты понимающий человек и уважаемый в своем стойбище человек, поговори с пастухами, которые охоту бросили, по-хорошему поговори. Быть может, тебя они послушают, назад к капканам вернутся.
Ятто даже и не взглянул на Владимира, продолжая подбрасывать в костер сухой хворост.
— Что же ты молчишь? Я так привык, что мы с тобой всегда понимали друг друга, хорошо понимали.
Ятто кашлянул, пососал пустую трубку и, наконец, глянув на Владимира, сказал:
— Давай думать, как сделать, чтобы люди наши по-прежнему много песцов ловили. Давай так делать, как раньше было. Пусть пастухи при своих стойбищах будут. При своих оленях будут. Пусть, как прежде, за оленями смотрят и ставят капканы. Тогда они снова будут много ловить песцов.
Журба задумался. Заметив его колебание, Ятто оживился и заговорил еще более настойчиво:
— Давай быстрее сделаем так, как сказал. Домой пастухи вернутся, обрадуются очень, снова хорошо охотиться начнут. А песцы и лисицы везде есть. Их еще больше поймать можно, если ставить на каждой перекочевке капканы.