Девушка заметила ручеек, жадно припала к нему и вдруг услышала голос Владимира. Отпрянув от воды, Нояно осмотрелась.
— Что это? — вслух спросила она.
— Ноя-ноо-о! — снова послышался тот же голос. — По-дожд-и!
Девушка осмотрелась еще раз. Голос слышался явственно, но никого не было видно. Вслед за Кумчу Нояно взглянула на гору и вдруг заметила быстро спускающихся двух мужчин.
— Володя-я-а! — закричала девушка и, не понимая, зачем это делает, быстро пошла к горе. Опомнившись, замедлила шаг, остановилась. Не отрывая глаз от Владимира, она думала, что сейчас готова итти еще хоть сто километров…
Дымка тумана, заткавшая долину реки и склоны сопок, постепенно таяла. Пронизанный солнцем воздух стал прозрачным и свежим. Причудливые видения миража до неузнаваемости преобразили все вокруг. Голубые пики сопок, ежеминутно меняя форму, вытягивались в небо и растворялись в чистой синеве. Низко над тундрой пролетела, курлыкая, пара журавлей.
Владимир шел рядом с Нояно и читал стихи. Порой их взгляды встречались, и тогда они на мгновение останавливались. Нояно вспомнилось, как всего несколько часов назад ей страшно хотелось высказать Владимиру все, что было у нее на душе. «Зачем говорить, когда он и так все знает», — подумала она, уловив на себе очередной взгляд синих мечтательно-восторженных глаз Владимира. Девушка вслушивалась в его голосуй ей казалось, что еще никогда ее путь не был таким легким и красивым.
Бригадира Нояно застала в стаде.
— Пойдем со мной! Больной олень у меня в отдельном корале, — торопливо говорил Майна-Воопка, увлекая за собой девушку. — Я все сделал так, как ты нам объясняла.
— Значит, у вас карантинный кораль[15] уже есть! Это хорошо, — обрадовалась Нояно.