Когда было выяснено, что ни один теленок не погиб, бригада собралась у палатки. Шумно переговариваясь, пастухи смотрели, как важенки облизывают возвращенных им телят.
Нояно, усталая, но необыкновенно счастливая, наблюдала за стадом.
— Смотрите, вон та, с пятном, гонит от себя теленка! — воскликнула девушка и, забыв усталость, быстро пошла к важенке. За ней двинулась вся бригада.
Как ни пыталась Нояно с пастухами заставить важенку признать своего теленка, ничего не получалось. Важенка била теленка рогами, убегала от него. Теленок громко кричал и все тыкался своей красивой мордочкой в руки людей, чмокал губами: он хотел есть.
— Да что же это за мать! — вдруг рассердился Ятто и заарканил важенку. — Надо ее заставить. Надо повалить на землю и пустить к ней теленка!
— Ятто правильно сказал, попробуем, — согласилась Нояно.
Но важенка упорно не хотела узнавать своего теленка. Порой она громко кричала, озираясь вокруг тревожными глазами матери, потерявшей детеныша.
— Так она же ищет теленка, видите, какие у нее глаза, — почти в отчаянии промолвила Нояно. — А ну-ка давайте еще один способ попробуем! — вдруг предложила она. — Несите соль и воду, сейчас она привыкнет к своему ребенку.
Пастухи удивленно переглянулись.
— Иди и неси соль и воду, — предложил бригадир своему брату, еще не зная, зачем это нужно.