19
Чымнэ был в отчаянии. Отел оленей застал его неподготовленным.
— Все отвернулись от меня! Все в колхоз ушли! Даже мою собственную жену колхоз отобрал! — кричал он в бессильной злобе.
Еще более деспотичный, чем прежде, он не давал пощады Кувлюку. Пастух терпел, но иногда ему не хватало терпения. Он уходил подальше от хозяина и принимался ругать его самыми последними словами. Все чаще и чаще в такие минуты вспоминался ему давнишний разговор с секретарем райкома.
«Я знаю, многие оленьи люди янрайской тундры ненавидят меня, — размышлял пастух. — Но разве Чымнэ мне друг?.. За последнее время он совсем взбесился. Не могу я больше жить с ним».
В разгар отела на стадо Чымнэ напали волки. Половина стада разбежалась. Чымнэ долго бродил с Кувлюком по тундре, собирая оленей.
Доведенный до бешенства неудачей, Чымнэ приказал Кувлюку запрячь оленей и взять с собой винчестер. Когда олени были запряжены, Чымнэ долго сидел на нарте, о чем-то мрачно думая. По лицу хозяина Кувлюк догадался, что задумал он что-то недоброе. Медленно, по-бычьи повернув голову, Чымнэ приказал:
— Поедем!
Кувлюк нехотя тронул свою упряжку.
Долго скакали Чымнэ и Кувлюк по тундре. На коленях у Чымнэ лежал винчестер.