Глава седьмая

Чудесное утро. И за окнами солнечно, и небо улыбается прекрасно и чисто, и птицы на карнизах крыш расщебетались высокими, звонкими голосами. И вместе с птичьим щебетом голосок певуньи Рози подарил этому утру песенку. Лиде тоже хотелось петь. Час тому назад Василий привез из комендатуры, куда Анна присылала из Москвы письма для отца, пакет. В нем для Лиды было три письма от Юрия Большакова. Он сообщал в них много новостей, и одна взволновала Лиду: скоро Юрий демобилизуется и возвратится в Москву. Этой осенью осуществится его мечта об университете.

…Дружба Лиды с Юрием окрепла в суровые дни декабря сорок первого года. Под Москвой гремела канонада, немецкие танки с черными крестами на броне пылали в заснеженных полях. А новые волны танкового наступления обрушивались на укрепления, которые им не суждено было пройти.

В один из вечеров, когда Лида готовила ужин себе и Анне, зашел сосед по квартире, семнадцатилетний Юрий Большаков, которого мальчишки двора за длинные пушистые ресницы и карие глаза прозвали «барышней Юрой». Между ним и Лидой перед войной завязались дружеские отношения. Они делились впечатлениями от прочитанных книг, ходили в кино, вместе лакомились мороженым и катались на лодке в Парке культуры. Юрий относился к Лиде покровительственно. Он был старше ее на три года, скоро должен был окончить школу и мечтал об университете. А Лида была семиклассницей, боялась мышей и носила голубые бантики. Но Юрий не в пример другим мальчишкам двора считал, что эти мелочи не могут препятствовать их дружбе. Кроме незначительных слабостей, у Лиды, по мнению Юрия, были и несомненные достоинства.

Войдя в комнату, Юрий поздоровался с Лидой, отряхнул с ушанки снег и ослабил военный пояс на ватнике, который носил как форму бойца противовоздушной дружины дома. Затем вынул из кармана вчетверо сложенную газету. Это была «Правда». Развернул ее, подал Лиде, указав на заголовок «Таня»:

— Прочти.