Тем временем мастер заканчивает отделку гипсовой формы. Лицо Де-Форреста, освещенное контрастными бликами у пылающей печи, напоминает средневекового алхимика. Он бросает в тигель куски бронзы, серебра, и развязав кожаный кошель, добавляет еще несколько горстей золотых монет.
Отблеск пламени освещает бородатое лицо старого литейщика, пробующего монету на зуб.
— Червонное золото! — одобрительно улыбается он.
Каскад искр и ослепительная струя расплавленного металла льется из тигля в гипсовую форму. Взгляд скульптора целеустремлен на форму.
— Отлив наславу. Ни одного свища! — радостно говорит мастер, рассматривая скульптуру сквозь лупу.
Де-Форрест, взглянув на свое ослепительно сверкающее произведение, ревниво покрывает его куском материи.
* * *
— Джордж! Ты совершенно забыл меня, — произносит с укоризной Мак Рэд.
— Садись, мой друг! Сегодня я окончил свою работу, — торжественно объявляет Де-Форрест, снимая покрывало.
Мак Рэд осматривает скульптурную группу. Голова сфинкса своим холодным окаменевшим взором устремлена на фигуры двух охотников шорцев, страстно защищающих сидящую на корточках монгольскую Мадонну.