На печальных глазах Ирины появляются слезы.
— О, я охотно воспользуюсь вашим любезным предложением, — отвечает Де-Форрест.
Ирина взволнованно и торопливо заканчивает, обращаясь к Де-Форресту.
— Все, что вы видите — это только старательно раскрашенная декорация, за которой — нищета, убожество, голод, террор. Поймите, что русский народ ждет избавления от большевизма!
8. Потомки Чингизхана
Густой дремучей тайгою, бесшумно пробираются два горных шорца[1]. В полумраке меж стволов кедров, мелькают их низкорослые фигурки охотников. Прорвавшийся сверху солнечный луч, будто клинок остроотточенного кинжала, нащупывает скуластое монгольское лицо и скользит но изгибу старинного лука…
Полудикие потомки Чингизхана мягкими ичигами[2] топчут блеклые, сибирские цветы. Косыми глазами они разыскивают добычу.
— Ушла белка, — произносит старший охотник с луком.
— Скрылся бурундук[3] — подтверждает второй, несущий ружье.
— Что теперь делать охотнику?