Так прошел весь сезон на Ривьере. Оба с удовольствием проводили время, и никому не было обидно, кроме, может быть, Бьюти, заявлявшей, что она все время «как на иголках» — неудобное положение, даже если вас защищает солидный слой жира. К тому же она обо всем уже договорилась с богом, и он не возражал больше ни против женитьбы Ланни на Ирме, ни против просьб помочь в этом деле.
Бьюти удалось даже оказать некоторое давление на своего спиритуалиста-мужа постоянным перечислением всех тех добрых дел, которые он и она смогут совершить, — не на деньги Ирмы, конечно, но на деньги Бьюти и Ланни: ведь если Ланни женится на богатой, то его собственные средства можно будет обратить на служение божественной истине. Дьявол — это лукавый змий и, как известно, умеет принимать разные обличия, когда хочет проникнуть в сердца своих жертв.
— Ланни, ради бога, почему ты не делаешь ей предложение? — негодовала Бьюти.
— По-моему, тоже пора., — объявила миссис Эмили.
Это был военный совет, специально созванный в «Семи дубах».
— Я не могу, — заявил щепетильный поклонник. — У нее слишком много денег.
— Просто она тебе не нравится.
— Нет, нравится, и я давно бы объяснился с ней, не будь у нее миллионов.
— А разве ты не можешь сказать: «Ирма, если бы у вас не было так много денег, я просил бы вас стать моей женой»?
— Нет, не могу, потому что деньги у нее есть.?! не желаю ставить себя на одну доску с охотниками за приданым.