На маме была маленькая бриллиантовая брошка и кольцо с крупным солитером. Она не была уверена, разыгрывает ее этот странный зять или порицает всерьез. И она предпочла переменить тему разговора. Она только что просматривала биржевые бюллетени, и по ее мнению, положение становится серьезным. Она надеется, что Хорэс не слишком завяз — а как отец Ланни?
Ланни сказал, что тоже боится за него. Он добавил, что надо со дня на день ждать катастрофы, так как акции сейчас продаются на бирже по цене, в тридцать и даже в пятьдесят раз превышающей их возможный дивиденд, а нормальная их цена, по крайней мере, вдвое меньше.
— Мой брат иного мнения, — заметила миссис Барнс.
— А он учитывает, как влияет на состояние рынка продажа в рассрочку? — спросил зять. — У нас на семь миллиардов долларов неоплаченных взносов по покупкам в рассрочку, и это в самом ближайшем будущем непременно скажется на покупательной способности населения.
— Откуда ты все это знаешь, Ланни! — спросила его жена, и в тоне ее слышалось восхищение.
ГЛАВА ТРЕТЬЯ
Шалтай-болтай сидел на стене
I
Следующим днем после прогулки Ланни по трущобам была суббота, 19 октября. Выставка Детаза была открыта уже десять дней и имела такой успех, что ее решили продлить еще на неделю. Так как в субботу бывало особенно много посетителей, то Ланни обещал прийти пораньше; но сначала он остановился посмотреть «транслюкс» — привычка, которую легче приобрести, чем от нее отделаться.
Еще не было одиннадцати часов, и он увидел, что падение курсов на бирже продолжается. Он встревожился за отца, вошел в телефонную будку и вызвал его контору в Ньюкасле: —Робби, ты видел котировки?