— Разумеется, — ответил отец. У Бэддов в конторе тоже был «телетайп», соединенный непосредственно с биржей, и Ланни имел случай заметить, что коврик перед ним сильно вытерт.
— Ты не беспокоишься?
— Ни капельки, сынок.
— Ты покупал или продавал?
— Покупал, покупал все, что есть хорошего в добрых старых Соединенных Штатах. Поверь мне, я знаю, что делаю. И в прошлом году, и этой весной тоже кое-кто пытался играть на понижение, в таких случаях и надо покупать, и я в те дни неплохо заработал. Сначала акции падают на десять пунктов, а потом поднимаются на двадцать.
— Хорошо, Робби, но что если они поднимутся на десять, а упадут на двадцать?
— Не могут. Не такая сейчас ситуация. Заказы растут и растут.
— Но заказы могут прекратиться; их могут и аннулировать. Ты знаешь, что американцы должны семь миллиардов долларов по покупкам в рассрочку? Как они могут покупать еще?
Но на Робби было не так легко произвести впечатление, как на Ирму. — Ты, верно, опять наслушался своих красных! — И он перевел разговор на другое, предостерегая сына от всяких встреч с красными в Нью-Йорке. Теперь Ланни женат, на нем лежит ответственность. Он уже не может рисковать скандалом.
— Красные тут не при чем, — настаивал молодой человек. — Достаточно взглянуть на курсы, всякому ясно, что они непомерно вздуты. Разве это может продолжаться?