Выше, в начале главы, мы назвали девятнадцатый год годом тягчайших испытаний и для Красной армии и для пролетарской революции, причем отметили, что начинался он, казалось благоприятно.

Действительно, боевое счастье сопутствовало в начале года красным знаменам не на одном только восточном фронте. Минуя северный фронт, как уже описанный, и переходя прямо к западному, можно сказать, что молодые революционные войска проявили себя в начале года в следующем.

Наступавшие на бывшем северном фронте (7 армия) красные части энергично продвигались к Валку и Ревелю, к которому в начале января они подошли на 30 верст. Один из болтливейших белых журналистов по этому поводу замечает[63], что — «Красные дивизии, подошедшие 5 января 1919. г., (т. е. через месяц после ухода германцев) к Ревелю на расстояние тридцати верст, были отброшены с большими потерями отрядами ревельских… гимназистов, которые наспех были организованы местными общественными группами от социал-демократов до народников (к. — д) включительно».

Но эти строки — не что иное, как беспардонная болтовня, так как напор красных частей был настолько стремителен, что эстонцы, не рассчитывая с ними справиться единолично, обращались за помощью к финнам.

По крайней мере, ген. Родзянко, будущий командующий северо-западной армией, определенно свидетельствует[64], что в это, примерно, время, кроме сосредоточенных на Карельском перешейке 48 1/2 тысяч финнов, «на эстонском противобольшевистском фронте находились весьма успешно оперировавшие финские добровольческие отряды».

Несколько дальше Родзянко — в своих «Воспоминаниях» дает вполне ясную характеристику операций красных частей на эстонском фронте.

«В конце февраля месяца противник стал теснить эстонские части, занял линию железной дороги у станции Печоры. У Раппина обозначилось большое сосредоточение его сил, а вместе с тем по всей линии эстонского фронта большевики начали проявлять активные действия. Эстонские части на нашем правом фланге были очень неважные и при первом же натиске большевиков начали весьма поспешно отходить.

Большевики повели энергичное наступление довольно значительными силами от Нового Раппина и вдоль по линии железной дороги Псков — Валк и на Мариенбург, с очевидным намерением разрезать эстонскую дивизию на две части. Положение делалось серьезным, и прорыв эстонского фронта мог стать угрожающим для городов, Юрьева и Верро»[65].

Таким, образом, положение недавно создавшихся частей Красной армии можно было считать в это время на участке эстонского фронта достаточно прочным.

Действовавшая южнее эстонских красных частей — в районе Валк, Гайнаш, Рига, Виндава, Шавли, Двинск, — латвийская Красная армия занимает в январе Поневеж, Митаву и Ригу, в феврале Шавли, а в середине февраля — Виндаву. Красные части, следовательно, выходят непосредственно к Балтийскому морю, захватив один из важнейших портовых городов.