Лето и начало осени северо-западная армия употребила на организацию и упорядочение тыла, а в начале октября ее части перешли в новое, второе наступление, получив задачу взять Петроград. 11 октября они овладели Ямбургом, 13 — Лугой, 17 — Гатчиной, 20 октября — Детским Селом и Павловском.

Авангарды белых были уже у Пулковских высот, продвижение на Колпино или к Тосно грозило прервать октябрьскую (николаевскую) железную дорогу и предоставить Питер собственным силам. В самом Петрограде был создан белогвардейский заговор, образовано новое «правительство».

«Большевики — повествует Г. Кирдецов об этой операции[74] — в первые дни растерялись и бежали, их 7-ая армия в течение первой недели операции раздробилась, побросала оружие, обозы, снаряжение и без связи отступила на восток, а на ее плечах северо-западники ворвались в ближайшие к Петрограду пункты. Таким образом, Юденич уже на 10 день операции, т. е. 20 октября был в Царском, а его разъезды „видели“ со стороны Лигова золоченый купол Исаакия.

Но тут обстановка круто изменилась: у большевиков сказалось их дьявольское уменье выходить из затруднительных положений путем напряженнейшей агитационной борьбы и энергичных военных действий… Троцкому относительно очень легко удалось, кроме быстрой переброски в петроградский район резервов из Москвы, Твери и финляндского и архангельского фронтов, сорганизовать еще в самом Петрограде сильные духом рабочие коммунистические отряды и бросить их в гущу борьбы.

По свидетельству штаба Юденича, эти-то отряды, а не красноармейские части, да еще матросские батальоны и курсанты дрались, как львы. Они „лезли на танки со штыками на перевес и, шеренгами падая от губительного огня стальных чудовищ, продолжали стойко защищать свои позиции“.

Еще 16 октября на петроградский фронт спешно приехал Троцкий и растерянность красного штаба сменилась его кипучей энергией. За несколько часов до падения Гатчины он еще пытается здесь остановить наступление белых, но видя, что это невозможно, спешит выехать из города, чтобы наладить защиту Царского. Крупные резервы еще не подошли, но он быстро сосредоточивает всех петроградских курсантов, мобилизует все мужское население Петрограда, пулеметами гонит обратно на позицию все красноармейские части и своими энергичными мерами приводит в оборонительное состояние все подступы к Петрограду. Для более успешной борьбы с наступающими белыми, он стремится поскорее взять инициативу ударов в свои руки и 20 октября дает приказ об общем наступлении красных войск».

Операция белых, в успехе которой они так были уверены, — ведь одни «ревельские гимназисты» отбили несколько месяцев назад красные части, — потерпела крушение, — потерпела, по словам командующего северо- западной армией Родзянко[75] потому, что железная дорога Москва — Петроград не была прервана. Результаты этого, по словам Родзянко, начали сказываться немедленно и в конце концов поставили северо-западную армию в «безвыходное положение»: «Троцкий, проявивший, надо ему отдать справедливость колоссальную энергию, не теряя ни одной минуты, начал подвозить подкрепления, и численное неравенство наших сил стало возрастать с каждым днем».

И дальше:

«После неудачной попытки занять Царское Село, окончательно выяснилось, что инициатива ускользнула из наших рук.

Большевики эшелон за эшелоном подвозили свежие подкрепления с карельского, финляндского, латвийского и эстонского фронтов и высылали на фронт всех курсантов и коммунистов, находившихся в Петрограде, Твери и Москве; надо отдать справедливость, что войска этих двух категорий дрались отлично.