— Так ты язычник или… Кто же ты, наконец?
— У меня нет религии, — ответил цыган. Дорвард отшатнулся. Он слышал о сарацинах и об идолопоклонниках, но ему никогда и в голову не приходило, что может существовать целое племя, не исповедующее никакой веры. Опомнившись от первого изумления, он спросил проводника, где тот живет.
— Нигде… Живу где придется, — ответил цыган, — у меня нет жилища.
— Где же ты хранишь свое имущество?
— Кроме платья, что на мне, да этого коня, у меня нет никакого имущества.
— Но ты хорошо одет, и лошадь у тебя превосходная, — заметил Дорвард. — Какие же у тебя средства существования?
— Я ем, когда голоден, пью, когда чувствую жажду, а средств существования у меня нет, кроме случайных, когда мне их посылает судьба, — ответил бродяга.
— Каким же законам ты повинуешься?
— Никаким. Я слушаюсь кого хочу или кого заставит слушаться нужда, — сказал цыган.
— Но есть же у вас начальник? Кто он?