— Цыц, окаянная! — крикнул дед.
Мушка забилась под кровать, и оттуда снова послышался протяжный, жалобный вой.
«Как по покойнику воет, — подумал старик, и ему стало не по себе. — А где же Федя? Сегодня воскресенье, в школу итти незачем». Дед глянул на стену. Так и есть: Фединого ружья нет. Значит, на охоте, а собака одна вернулась, да еще воет… Ох, не к добру это!
Старик схватил полушубок, шапку, ружье и заторопился к соседу Силантию.
Не теряя времени, Силантий с дедом стали на лыжи и пустились в путь. Мушка бежала впереди, указывая дорогу.
Миновали мелколесье, подошли к поляне. Вдруг шедший впереди Силантий остановился: посреди поляны что-то темнело.
Силантий выглянул из-за веток и невольно попятился — прямо перед ним на снегу затаился медведь.
Силантий взвел курок и тихо свистнул. Медведь не двинулся. Охотник свистнул громче, шагнул вперед. В это время Мушка смело подбежала к зверю, села возле него и, подняв морду, протяжно завыла.
Силантий обернулся к деду, глухо сказал:
— Подходи, Дмитрий, мертвый он. — И, стараясь не глядеть на старика, тихо добавил: — Замял Федюшку. Вишь, прямо на лыжне и лег, а дальше — следу конец.