Замолчал.
Затем, точно, собравшись с мыслями, продолжал:
«И так продолжалось изо-дня в день, из ночи в ночь. Наконец решили от имени всего еврейского населения, просить у добровольческих властей защиты и помощи. Выбранная делегация отправилась к коменданту города. Он обещал помощь и содействие.
На следующий же день был издан приказ, где доводилось до сведения всего населения, что в случае нападения, грабежей и т. д. необходимо звонить по телефону № такой-то и откуда будет немедленно выслана дежурная офицерская часть.
Мы все вздохнули облегченно. В эту и следующую ночь нападений не было, но никто не ложился спать. В последующие ночи опять грабежи, опять погромы, опять все население нашего квартала выбежало во дворы и подняло крики о помощи. Веря искренности коменданта, мы по телефону вызвали офицерский отряд. Но в этом было наше несчастье и еще больший ужас.
Прибыла охрана. Мы открываем двери и… эта охрана, вместе с погромщиками, начинает нас грабить, убивать и насиловать… опять делегация к коменданту. Но там с иронией заявили, что за все это время никто никого не вызывал и что мы спутали номера. Это была явная ложь. Через день — два издается второй приказ, где говорится уже о провокации со стороны еврейского населения по отношению к офицерам добровольческой армии и что, в случае повторения заявлений — виновные будут расстреливаться. Грабежи и погромы повторялись. Вскоре разграбили дом Львовских, а через 2–3 дня разграбили и сожгли мой дом. С женой и грудным ребенком мы случайно спаслись. Через дыру в заборе мы убежали. Прождав несколько дней, мы уехали в Ростов, а вот теперь дальше. Неизвестно, что будет в Ялте».
Проехали Тихорецкую, Екатеринодар. Наконец, подошли к Новороссийску.
Весь поезд оцепили войсками и жандармами. Началась проверка документов. В первую очередь арестовали трех офицеров. Оказались они дезертирами, убийцами и грабителями. Среди их вещей были обнаружены драгоценности на несколько тысяч рублей золотом.
После проверки, всех мужчин до 55 лет забрали и увели к этапному коменданту. Всех, кому не удалось скрыться из комендатуры, отправили в роту и далее, на борьбу с «зелеными».
Новороссийск маленький, пока еще тихий и далекий от всех событий городок.