Около ворот посольства, на улице, тоже толпа, но иностранцев, греков и турок. Английская и французская полиция их разгоняет, но через некоторое время они вновь у ворот. Заглядывают с любопытством через ворота внутрь посольства, оживленно беседуют, жестикулируют, чокают языками и, с сожалением покачивая головами, расходятся, спеша по своему делу.
Из посольства беженские массы переливаются в консульство и назад.
В консульстве, расположенном неподалеку от посольства, те же беженцы и та же картина, только сюда вновь прибывшие беженцы стекаются по явно определенному делу. Издан приказ, чтобы все вновь прибывшие беженцы зарегистрировались в русском консульстве и получили паспорта взамен своих беженских карточек и прочих документов.
Здесь же агенты, комиссионеры и продавцы. Но продавцы уже более солидные и обладающие более богато установленными столами. Некоторые беженцы-офицеры, совместно с солдатами и казаками, организовали продажу горячего «русского борща», который приготовляли у себя дома, а здесь подогревали на мангале.
У входа в консульство, которым заведует харьковский купец Рыжов, стоят несколько бесконечно длинных очередей. У всех в руках заявления, документы и прочие бумаги. По всему двору и около, на улице, разбросаны бродячие фотографы, которые сотнями изготовляют карточки для паспортов, со сходством на родственника из десятого поколения.
«Только ты смотри, черномазый, негатив-то уничтожь. А то мы знаем, что все вы фотографы — агенты большевиков. Подкуплены», — считает своим долгом сказать каждый клиент при получении карточки. Накрапывает мелкий холодный, пронизывающий все насквозь, осенний дождик. Беженцы съеживаются и стараются глубже уйти в свои легкие и рваные английские шинелишки. Среди них проворно бегают две-три фигуры в офицерской форме, и предлагают из под полы «настоящий русский спирт» за 5 пиастров стаканчик. Некоторые покупают и, не выходя из очереди, выпивают без всякой закуски.
ГЛАВА V
Жизнь эмигрантов
Еще задолго до прибытия новой группы беженцев из Крыма, среди ранее прибывших организовались «валютчики-биржевики». Главным центром их сбора была Галатская лестница, служившая как бы продолжением улицы Пера и идущая вниз до Галатской набережной. Пионерами и инициаторами в этой отрасли работы были два — три офицера. Дело оказалось прибыльным и около них быстро начали оседать другие. Вскоре, на протяжении целого квартала, по обе стороны дороги, стали толпиться эти валютчики с пачками русских денег на руках. Это была специально русская биржа. На ней котировались и продавались исключительно русские деньги всех правительств, начиная от царского и кончая, из-под полы, советскими. Особенно усилилась продажа денег после эвакуации Крыма, причем врангелевские и донские деньги продолжали котироваться официальной биржей еще около месяца, постепенно падая и, наконец, их стали продавать на вес.
— Покупаю и продаю. Настоящие царские, романовские, керенские, думские, архангельские, астраханские, ташкентские, колчаковские и прочая, прочая, прочая.