Обрадовался сосед, словно волы уже дома стоят, тащит горох и деньги.
- Подойди-ка сюда, - говорит ему пророк, - и гляди, коли глаза есть! Вот этот, с кривым коленом - ткнул он пальцем в картинку на календаре, их ночью увел. Ежели он тебе волов до утра не вернет, то окривеет и на второе колено! Вот тогда мы его и выведем на чистую воду!
Словно молния пронеслась по деревне весть, что так, мол, и так, волы все равно найдутся, а хромому туго придется. А был это не кто иной, как колченогий Куба с нижнего конца деревни.
Струхнул Куба, прихромал к пророку, стучится, как положено, низко кланяется:
- Господин пророк, вы дома?
- Дома. Тебе чего, кривая душа? - отвечает пророк. А тот опять:
- Душа-то душой! Душа, она плачет, да руки чешутся, глаза на чужое зарятся! Я волов отдам, лишь бы со мной какой беды не приключилось!
- А что дашь? - спрашивает пророк. - Чтобы беды не было?
- И я могу дать не хуже соседа! Лишь бы все обошлось! - отвечает Куба. И верно: все обошлось. Пророк и денег получил и гороха, а волы к утруоказались на своем месте.
Стали помаленьку все украденные вещи и к тому и к этому возвращаться, а кладовка да шуплик у пророка стали наполняться. Жену он и кормил и поил досыта, только юбку не покупал, даже самую, что ни наесть, узкую. 'Пусть сидит за печкой, чтоб мне своей болтовней дело не испортила'.