А тут и третий показался.
— Ну, не говорил я тебе, что и третьего дождемся!
Третий слуга, только успел поднос на стол поставить, сразу же бухнулся пророку в ноги и взмолился:
— Эх, чего уж таиться, коли вы все знаете, мы втроем кольцо спроворили. Как было его не взять, коли оно само в карман просилось? Молим вас, спасите нас, грешных, уж мы в долгу не останемся, сотня дукатов у нас найдется. И хозяйка наша обрадуется, когда кольцо до приезда мужа объявится.
— Я сразу на вас подумал, — важно промолвил мужик, будто патриарх какой. — А нынче вечером у меня уж никаких сомнений не осталось. Жаль мне вас, но таким манером я решил вас пронять. Завтра, кабы не признались, конец вам был бы! Ну, а ежели вы меня не послушаетесь, от беды все едино не убережетесь. Несите деньги сейчас, а утром дайте кольцо самому большому индюку на птичьем дворе, пускай проглотит. А что дальше будет — это уж моя забота.
Тотчас отдали они ему деньги, да всю ночь с боку на бок проворочались — что-то завтра ждет их? А пророк проспал ночь мирным сном.
А наутро вся затея чуть прахом не пошла, пани никак не хотела, чтоб красавца индюка зарезали, — дескать, ну откуда взяться кольцу у индюка?
— Пожалеете индюка — без кольца останетесь, все знаки на него показывают, — стоял на своем пророк.
Смирилась она, и глядь — золотое кольцо в зобу у индюка оказалось. Отсчитала пани сто дукатов пророку и велела отправляться, покамест не нагрянул ее муж.
— Спешу, тороплюсь, — отвечал пророк, — да только как же я средь бела дня поеду, позориться перед людьми стану, жену в одной сорочке, да и то в рваной, повезу?