- Что выдумываешь! Откуда ему здесь взяться, - ответили остальные и принялись за еду.
Однако старший всё стоял на своем и сулился после ужина отыскать нежданного гостя. Но поев, забыл про свои слова и к утру уже ничего не помнил. Утром поев взобрались братья на окно и тут же обернулись воронами. Взмахнули черными крыльями, стали рвать один другого и, каркая, полетели неизвестно куда.
Вечером вернулись братья домой, обмыли раны и сели за стол. Только сели - опять у всех тарелки закрутились.
- Гей, - молвил средний, - значит, ты, брат, вчера верно сказал, здесь кто-то из нашей родни есть. Гляньте-ка, гляньте, он мой суп ел, мое вино пил! Вот наемся, поглядим где он, да кто он.
Самый младший стал его отговаривать, дескать, нету никого, откуда здесь кому-нибудь взяться! Но средний на своем стоит: 'найду, да найду, где он, да кто он'. После ужина средний брат прилег отдохнуть, вспомнил, что собирался сделать, да встать поленился.
'Ладно, - решил он, - я тебя утром найду! - А утром позабыл, не стал искать, и улетел вместе с остальными.'
На третий вечер сестра поела из третьей тарелки, отпила из бокала, да еще и в постели понежилась.
Братья домой вернулись, обмыли свои раны студеной водой и сели ужинать. Стали садиться, а тарелки у всех кругами пляшут.
- Гей, - молвил самый младший, - тут что-то не ладно! Каждый день тарелки крутятся, а теперь и у меня супа и вина не хватает!
Обернулся и ахнул - 'Что же это! Да ведь моя постель помята! Уж я-то его найду!'