Татьяна вздохнула и тихо попросила:
— Принесите, голубчик, самовар из кухни. Сама я не могу, а они, вижу, заигрались.
Джек принес самовар на террасу. Татьяна заварила смородинный лист вместо чая и подала чашку Джеку. Чашка была с золотым дном, но без ручки. Татьяна придвинула молоко и вдруг спросила, откуда, собственно, взялся Джек и почему знает он английский язык. При этом она посмотрела на него с любопытством, словно только что увидела. Джек хотел уже рассказать ей свою историю, как за дверью раздалось пение:
Буденный наш братишка, с нами весь народ…
И на террасу вышел бритый старичок с красным лицом. Брови у него были пушистые и длинные, как усы. Одет он был во все белое. Джек понял, что это адмирал. Он поднялся со своего места, поклонился и сказал по-английски:
— Я нашел вашего «Робинзона» у березовой рощи и прочел с удовольствием. Только вот сейчас не захватил.
Адмирал посмотрел на него внимательно, засмеялся и ответил по-русски:
— Ничего, пусть у вас побудет. Совсем я постарел. Что ни возьму, то потеряю. Поверите ли, только один носовой платок остался. А насчет книг, если вы интересуетесь, мы можем вам еще дать. Откуда вы английский-то знаете?
Джек начал подробно рассказывать свои похождения. Во время его рассказа пришли бородатые и загорелые братья Кацауровы. Они молча поздоровались и уселись за стол. Потом еще пришли две женщины: одна — в капоте и с длинными ногтями, жена старшего брата Валентина, другая — деревенская баба, Дуня, жена младшего брата. Джек принял ее сначала за кухарку. Но она уселась за стол со всеми и больше других расспрашивала его о жизни в Америке.
