Джек знал, что его путь на станцию — путь бегства из СССР. Испробована еще одна возможность, получено еще одно поражение, может быть, сильнейшее из всех. Оканчивается целый период его жизни. Он добровольно возвращается в кабалу, в неволю, к тяжелому, безрадостному труду на чужих. Он отрывается от семьи, от родины. Что же делать, значит, так надо.
Да, так надо! Он несет на станцию письмо, которое уже нельзя будет вернуть. Чарли купит билет, истратит деньги. Сто десять долларов будет стоить путь через океан. Бегство дорого обходится. За сто десять долларов можно купить хорошую лошадь…
Почему же, однако, все окончилось так печально? Почему он должен признать себя побежденным? Почему?
Джек задал себе этот вопрос мысленно, но начал отвечать на него вслух. Он заговорил сам с собой. Спрашивал и отвечал, спрашивали отвечал, и так мысль его двигалась вперед.
— Да, в чем же ошибка с Вирджинией? — произнес он негромко по-английски.
И по-русски ответил:
— Очень просто, на сигары нет спроса в СССР. Я плохо изучил рынок, не учел денежных средств населения. Так.
— Чего же требует советский рынок в неограниченном количестве?
— О, здесь не может быть никаких сомнений! Первое — хлеб, второе — масло, третье — яйца.
— Ведь, пожалуй, следовало бы как раз начинать с этого?