ПОЛЬЗА ТАБАКА
ОСТРЫЙ сигарный дым стоял в избе голубым облаком, как в каком-нибудь американском баре. Но курильщики собрались сюда не для того, чтобы выпить содовой и поговорить о мелочах. Обсуждался план работ коммуны «Новая Америка», устав которой был только что принят единогласно.
Впрочем, на обсуждение устава много времени не потратили. Был принят обычный, типовый устав. Долгое время лежал он у Капралова на печке в тряпке. Теперь Василий торжественно принес эту маленькую розовую книжку в избу Восьмеркиных.
— Дождалась-таки своего времени, — сказал он и положил книжку на стол.
Устав прочли и приняли, то есть в пустые места его, там, где стояли точки, вписали название коммуны, адрес и число членов.
Количество членов оказалось значительно больше, чем ребята вначале думали.
Когда в Починках узнали, что Яшка Восьмеркин неизвестно почему взбесился и пошел в коммунары, деревня дрогнула. Среди мужиков не было ни одного человека, который считал бы, что Яшка прогадал с табаком. Все знали, что на сигарах он заработал тысячу, и эта сумма казалась крестьянам невероятно большой, прямо геройской.
О величине этой суммы крестьяне судили хотя бы потому, что в хлеву у Восьмеркиных появилась хорошая серая корова, каких в деревне раньше не бывало. Сам Яшка ходил в непромокаемом пальто и спал на кровати с сеткой. А сестра его Катька однажды в небольшой дождь прошла через всю деревню под коричневым зонтиком. Разве все это не говорило за то, что табачок себя оправдал, а Яшка — умница, заработал большие деньги на пустяках и при этом в кулаки не попал: заплатил налог, как все, и не имел неприятностей!
Вот почему в первый же день, как по деревне прошел слух о коммуне, пожелало записаться двадцать три двора. Правда, часть тут же отсеялась, когда коммунары заявили, что надо вносить паи лошадьми и коровами. Но четырнадцать мужиков, больше из молодых, все-таки остались, с работницами — двадцать пять членов, а если считать с ребятами и стариками, то сорок человек. При них десять лошадей и пятнадцать коров; кур до сотни. Земли, вместе с огородами, восемьдесят гектаров, с покосами вдвое. Таких результатов не ожидали коммунары. Вот почему теперь они курили яшкины сигары и пускали дым, как настоящие победители.
Но председатель коммуны Яков Восьмеркин молчал и очень недовольно подсчитывал что-то на бумажке.