Джек в этот день с утра начал учить ребят работать на тракторе. Ученье происходило на улице в Починках: ездили взад и вперед. Капралов очень скоро усвоил всю премудрость, но Маршеву и Николке, которые никаких машин, кроме телег, не видали, приходилось трудно.
Весь народ высыпал смотреть, как трактор с треском катался по улице, вдруг одевался облаком дыма, ломал изгороди и стукался в стены изб. Ближе к обеду путь трактора выровнялся, и машина перестала походить на пьяную. В самый обед на подводах привезли со станции четырехлемешный плужок и керосин. Джек велел везти все это в поле, а сам пообедал и выехал вслед за подводами на тракторе. За трактором пошли все коммунары с бабами и ребятами.
Джек осмотрел поле, наметил на целине участок гектаров в пять, прицепил плуг и начал пахать.
Земля была еще сырая и хорошо отваливалась четырьмя пластами, обнаруживая свое черноземное нутро. На работу Джека смотрели все с восхищением: уж больно ловко слушался его трактор, и легко под машиной ломалась целина. Но Джек считал, что нечего стоять без дела да ротозейничать. Он поручил ребятам и бабам собирать хворост для костров, чтоб ночью запалить огни по краям участка. Передал машину Капралову, а сам с тремя ребятами пошел в Кацауровку.
По полю шли весело. Коммунары считали уже, что Кацауровка отошла к ним, а потому шли туда как к себе домой. От березовой рощи припустились бежать. В ворота вошли с присвистом. Но тут ожидала их неприятность: на дворе стояла тележка старика Скороходова. Лошадь была распряжена и жевала овес из мешка. По навозу видно было, что она тут давно.
Ребята переглянулись. Николка сказал:
— Объехал нас старик. Что он тут делает?
Но когда вошли во флигель и попали в столовую, то увидели, что объехал их не старик, а сын его Петр, член Вика. Он сидел с Татьяной за столом и пил чай. Тут же лежала белая материя и нитки.
Ребята поздоровались с Татьяной и Петром за [руку и сели у стен. Николка закричал весело:
— Ну, Татьяна Аристарховна, пришли тебя на работу звать. Хворост собирать надо.