Ребята пошли за комендантом. Он подвел их к товарному вагону и скомандовал:
— Забирайтесь, живо.
— Мы сегодня не обедали, — заявил Валерьян.
— Молчать!
Ребята влезли в вагон все, за исключением Яшки, который все время смотрел в сторону, как бы желая удрать. Комендант прикрикнул на него, и Яшка тоже оказался в вагоне. Тут комендант закрыл дверь. В вагоне сделалось совершенно темно.
Ребята, толкая друг друга, кое-как разместились на полу и на верхних полках. Немного погодя, дверь открылась. Двое солдат принесли хлеб, ведро воды и чугун каши. Все бросились на пищу с жадностью. Съели весь хлеб, до последней крошки, и всю кашу, до последней крупинки. Даже воды не осталось в ведре. Солдаты забрали пустую посуду и снова закрыли дверь. Когда шаги солдат замолкли вдали, Яшка попытайся открыть дверь. Но это ему не удалось: дверь была заперта снаружи на задвижку.
Через двадцать или тридцать минут вагон сильно толкнуло; ребята догадались, что их прицепили к поезду. А еще немного погодя, поезд без звонков и гудков отошел от станции. В этот момент в вагоне раздался громкий плач. Это Яшка заплакал, в первый раз за все время знакомства с ребятами.
— Чего ты? — спросил Валерьян. — Ведь ты сам навязался в нашу компанию. Мы тебя не тянули.
— Знаю, — прохрипел Яшка. — Я не о себе, я по Пеструшке убиваюсь. Пропадет она теперь в овраге с голоду. Ведь я ее крепко-накрепко к кустам привязал…