Все эти государства — Абд-аль-Кадыра, махдистов и рифов — возникали в разное время и по характеру своему не являются одинаковыми, но всех их сближает общая закономерность: на первых этапах развития этих государств складывался боевой союз различных племен, который в ходе национально-освободительной борьбы постепенно заменялся более устойчивым централизованным государством классового типа.
Как указывал Энгельс, махдистские движения происходят в рамках одного и того же общественного строя, бессильные создать новый способ производства.
«Даже одержав победу, — пишет Энгельс о махдистских движениях, — они оставляют неприкосновенными прежние экономические условия.
Таким образом, все остается по-старому, и столкновения становятся периодическими».[187]
В последнем из махдистских движений — суданском — феодальное перерождение махдистской верхушки также является исторически неизбежным. Если к началу восстания суданские племена и народы уже переживали процесс классового расслоения, то во время восстания этот процесс нашел свое дальнейшее развитие. Военная верхушка получала при разделе добычи большую часть по сравнению с народными низами, захватывала лучшие земли и угодья, что вело к имущественному, а затем и классовому неравенству, к обострению классовой борьбы.
Халиф Абдаллах, один из первых и наиболее ревностных учеников махди, был вождем баккара и некоторых других кочевых племен, сильных своей военной организацией, руководимых четко оформившейся феодально-рабовладельческой аристократией. Баккарская родоплеменная знать и составила основной костяк правящей верхушки складывающегося махдистского государства. В ходе восстания кочевники баккара захватили города Судана, бывшие центры иноземного господства, — эти необходимые звенья связи кочевого юга с земледельческим севером, сельскохозяйственных областей с ремесленными центрами.
После взятия Хартума и смерти махди внутри махдистской верхушки развернулась борьба между демократическими элементами движения, возглавленными родственниками махди, и феодализирующейся родо-племенной знатью, во главе которой стоял халиф Абдаллах.
Абдаллах располагал хорошо вооруженными и обученными полками африканских солдат. Кавалерия, состоящая целиком из баккара, также была на его стороне. С помощью этих сил он сумел разгромить ближайших сподвижников махди и укрепить свою власть. 13 махдистских военачальников, не угодных Абдаллаху, были казнены. Сыновей махди вывезли из Омдурмана и держали в заключении, а многочисленных его родственников выселили на окраину города, лишив всей движимой и недвижимой собственности.[188] Положение в стране в корне изменилось. Вожди племен баккара за короткий период сделались полными хозяевами страны. Начиная с 1886 г., меньше чем через год после описываемых событий, кочевые племена баккара непрерывным потоком направились из внутренних областей Кордофана и Дарфура к Омдурману. Тысячи кочевников шли вместе со своими семьями, стадами, несложным скарбом, навьюченным на верблюдах. Племена, попадавшиеся на их пути, подвергались безжалостному ограблению. С особой пышностью была обставлена встреча племени тааиша, к которому принадлежал сам халиф. Жители Эль-Обейда и Омдурмана были обложены единовременным сбором в пользу вновь прибывших. Кроме этих сборов, баккара снабжались провизией, одеждой и всем необходимым со складов бейт-эль-маля (казначейства). «Центральная часть Омдурмана была очищена от жителей и окружена стеной. Здесь, в непосредственной близости от дворца халифа, во вновь отстроенных просторных домах, обосновалась феодальная верхушка баккарских племен».[189] «Они захватили все лучшие пастбища для своего скота и лошадей, поселившись на наиболее плодоносных землях».[190]
Лучшие земельные угодья — хорошо орошаемые нильские берега и часть островов — были отданы в собственность верхушки племен баккара. Они разместились в центральных провинциях: Бербере, Абу-Хамеде, Донголе, Гезире и др.[191] «Таким образом, они оказались собственниками лучших земель и вели себя в них, как иностранный гарнизон в оккупированной и завоеванной стране».[192] «Прежние владельцы земли изгонялись без пиастра вознаграждения».[193]
Так, например, по приказу халифа часть жителей провинции Зерия была переселена в окрестности Омдурмана.[194]