— Вы молодец, Ян! — сказал Стахурский. — Но думаю, пришло уже время переменить вашу профессию.
— О нет, я могу быть только шофером.
— Я не о том, Ян. Я думаю, что вы уже достаточно долго были беглым солдатом гитлеровской армии. Партизанской армии тоже нужны шоферы.
— А! — сказал Пахол. — Надо подумать.
Он произнес эти слова таким тоном, словно ему предложили какую-то новую должность и он еще должен поразмыслить, подходит ли она ему.
Они вышли на опушку. Стахурский вздохнул с облегчением — это были уже знакомые места: вот и овражек, вьющийся среди деревьев, заросший по обрывам калиной, барбарисом и боярышником.
Стахурский склонился над обрывом, свистнул два раза и немного погодя еще раз. Но налетевший ветер оборвал свист. Стахурский отошел немного в сторону, подождал, пока уляжется ветер, и снова свистнул. В то же мгновение откуда-то снизу, словно из-под земли, послышался ответный свист.
Радостно стало на сердце у Стахурского: только сейчас он подумал, что был на волосок от гибели и теперь не в гестапо, а в лесу — отчизне партизан!
— Ну вот, Ян, — сказал Стахурский, — кажется, все будет хорошо.
Но сразу же возникла тревога: успеет ли связной уведомить, кого следует?