— Непьющий и есть, — с достоинством ответил Никифор Петрович, — но вы ведь вернулись с войны, так что считаю своим долгом встретить, как положено, на пороге, чтобы все было благополучно. Здоровья вам и успеха в дальнейшем житье-бытье! С победой вас и наступлением мирного времени!
— Спасибо! — от всего сердца сказал Стахурский. — Спасибо, Никифор Петрович, что приняли как родной отец. С победой и вас!
Они выпили: Стахурский — легко и привычно, а Никифора Петровича так передернуло, что он даже топнул ногой — он не переносил водку.
— Фу, погань какая! — с трудом отдышался он, и в глазах его стояли слезы: водка попала в дыхательное горло. — И как ее люди пьют? — Он схватил сделанную из гильзы трехдюймового снаряда кружку с водой и жадно отпил из нее. — Значит, — сказал Никифор Петрович, — домой вернулись? Очень хорошо. Дети есть, жена?
Стахурский покачал головой.
— Отец с матерью?
— Нет.
— Нет?
— Никого!
Никифор Петрович кивнул: