— Нет-с уж, право, средствия нет. Чувствительно доволен. Никак не могу.
Несмотря на упорное отнекивание, Потапыч снова выпил чашечку вприкусочку, потом, поблагодарив снова, почтительно раскланялся с седым, черным и рыжим, каждому поочередно пожелал телесного здравия, хорошего пути, всякого благополучия и наконец исчез в дверях.
Вся эта сцена возбудила в сильной степени любопытство Ивана Васильевича.
— Позвольте спросить, — сказал он, присоседиваясь к купцам. — Он вам родственник, верно?
— Кто-с?
— Да вот этот, что сейчас вышел. Потапыч.
— Никак нет-с. Я его, признательно-то сказать, почти что и не знаю вовсе. Он, должен быть, мещанин здешний.
— Так вы дела с ним ведете по переписке?
Седой улыбнулся:
— Да он, чаю, и грамоте не знает, а делов у меня с ним не бывает. Обороты наши будут-с поважнее ихних, — прибавил седой с лукавым самодовольством.