— Еще и как тяжело, — со вздохом сказал Хотин.
— Мы все, не капиталисты, — продолжал Логин, — живем обыкновенно изо дня в день.
Если бы посмотрел на Анну, заметил бы, что она вдруг смущена чем-то, но ничего не видел и говорил:
— Болезнь, потеря работы, смерть главы семейства — все это быстро поглощает сбережения. Да и как сберегать? Часто не из чего, да и самый процесс скапливания денег непривлекателен.
— Ну, чем же? — недоверчиво спросил Коноплев.
— В нем есть что-то презренное, скряжническое.
— Ну, не скажите, — прибережешь копейку, так сам себе барин, ни от кого не зависишь.
— Это верно, — подтвердил Хотин, задумчиво поглаживая длинную бороду.
— Может быть, и так, — сказал Логин, — но одни сбережения не могут быть достаточны. Возьмем хоть сберегательные кассы. У них громадные капиталы, но что ж? Вы делаете сбережения в кассе, но это не ставит вас ни в какие отношения с другими вкладчиками. Исчерпали вы ваш вклад и беспомощны: касса ни в каком случае не даст вам в долг.
— Для того ссудосберегательные кассы, — сказал Коноплев.