Серж Котелянский возразил:
— Ну, вовсе не слишком. Да не в том дело. А можете вы себе вообразить, что он мне ответил?
— А что? — спросил Генрих Зонненберг.
Серж Котелянский рассказывал:
— Представьте себе, — это прямо бесподобно, — он мне говорит: я и есть Иуда Искариот. Я его спрашиваю, — тот самый? А он мне самым спокойным тоном говорит: да, тот самый. И совершенно серьезно.
Генрих Зонненберг предположил:
— Он шутил, может быть?
Один из друзей сказал:
— Или ты, Серж, шутишь.
Серж Котелянский обидчиво сказал: