Гордость королевы и красавицы была оскорблена в Ортруде. Это порою приводило ее в неистовое бешенство. Так трудно было сдерживаться, притворяться! Хоть бы забыть!
Маргарита почти каждый день доставляла ей в анонимных письмах новые сведения о замыслах и делах Танкреда. И презрение к Танкреду возрастало в Ортруде.
Но она долго таила ото всех свое горе. Какая-то суровая гордость долго мешала ей говорить с Танкредом об его изменах. Но она чувствовала, что уже совсем не любит его. В сердце ее зрела ярая ненависть к нему. И, как ни таила свои чувства, не могла не быть к нему холодна. Как чужая.
Старалась быть одна. Молилась своему сладко воображенному ею Светозарному.
— Ты, Светозарный, что скажешь мне? Прислушиваюсь к тайному твоему голосу в моем сердце и знаю, — я обречена. Путь мой неизбежен. И ясен мне.
Чтобы остаться одною, Ортруда часто спускалась в свое подземелье.
Ах, эта жизнь! Только моя жизнь! Уйти бы к иным мирам! В иное бытие.
Искала в темных переходах новых выходов из своего подземелья. И нашла их, выходы в город. Выходила одна на улицы и на дороги и смотрела на людей, — какие они, как живут, что думают.
Вот по дороге шла толпа просто одетых, радостных женщин и девушек. Ортруда спрашивала их:
— Милые, куда вы?