Удивление и неудовольствие слышались в звуке ее голоса. Кардинал ответил:
— Да, государыня. Ваши поступки, к сожалению, бывают иногда столь смелы, что переходят уже в область запрещенного правилами доброй нравственности.
— Например? — спросила Ортруда.
Лицо ее было спокойно, и уже улыбки не было на ее губах. Кардинал помолчал немного и с легкою запинкою заговорил:
— Верующих смущает, государыня, ваша близость с Афрою Монигетти. Дочь открытого врага и хулителя святой церкви Христовой, она унаследовала его ненависть к христианству. Говорят, что она, несмотря на свою молодость, оказывает дурное влияние на ваше величество и обучает вас нечестивому ритуалу.
Королева Ортруда сказала просто и спокойно:
— Я люблю Афру.
— Это очень жаль, — говорил кардинал. — В интересах церкви и государства и в ваших собственных интересах вашему величеству было бы лучше расстаться с этою прекрасною аморалисткою, и расстаться как можно скорее.
— Зачем? — гневно спросила королева Ортруда.
Кардинал торжественным голосом ответил: