Королева Ортруда поцеловала бледные уста Афры и вышла.
В соседней комнате встретился ей Филиппо Меччио. Он низко поклонился королеве Ортруде. Казалось, что он хочет сказать что-то. Но королева Ортруда не заметила этого. Она быстро и молча прошла мимо Филиппо Меччио, ответив на его поклон любезною, но почти бессознательною улыбкою. Может быть, королева Ортруда даже и не узнала Филиппо Меччио.
Вернувшись к себе, королева Ортруда написала короткое письмо Виктору Лорена. Извещала его о том, что она хочет посетить остров Драгонеру и что поедет послезавтра. Просила Виктора Лорена сообщить об этом народу.
Запечатавши письмо, Ортруда велела, чтобы его немедленно доставили первому министру.
Виктор Лорена был очень встревожен этим письмом. Гибель королевы Ортруды при извержении вулкана вовсе не входила в расчеты Виктора Лорена. Как и многих других, доклад посланной на Драгонеру комиссии почти убедил его в том, во что ему так хотелось верить. Но возможность катастрофы все же была для него совершенно ясною. Уж если суждено было совершиться этому ужасному несчастию, то, по расчетам Виктора Лорена, все же было бы лучше, если бы в это время еще царствовала на Островах королева Ортруда, любимая народом.
Вообще, Виктор Лорена дорожил королевою Ортрудою по многим причинам. Даже и потому, между прочим, что ее увлечения и ошибки, как и промахи принца Танкреда, могли быть использованы им при случае.
Виктор Лорена явился в королевский замок в тот же день вечером, не в урочное время. Королева Ортруда приняла его немедленно. Она сдержанно улыбалась, глядя на его восторженное лицо. Она так и ожидала, что Виктор Лорена станет отговаривать ее от поездки к вулкану.
Виктор Лорена говорил непритворно-взволнованным голосом:
— Нельзя не преклоняться перед теми великодушными чувствами, которые побудили ваше величество принять это чрезвычайное решение. Но я позволю себе просить ваше величество, во имя высших интересов государства и династии, отложить исполнение этого намерения. Положение дел в настоящее время совсем не таково, чтобы в таком чрезвычайном акте могла представляться необходимость. Осуществление этого решения привлекло бы общее внимание и внушило бы мысль о чрезвычайной важности положения. Притом же совершенно невозможно подвергать опасности драгоценную жизнь вашего величества.
Противно было королеве Ортруде лицемерие министра, и с досадою слушала она его. Она спросила: