Луг сделан для овец,
Для луга чисты воды,
Луна для всей природы,
Любовь для всех сердец.
Эти слова вызвали слезы на Лизины глаза, и сердце ее было размягчено умилением и радостью. Вообразив, как счастлива будет она с Алексеем, она спокойно отошла ко сну. В эту ночь Лизины сны были чувствительны и благопристойны. Ей снились милые девушки-пастушки и любезные юноши пастушки, чрезвычайно чисто вымытые и необычайно тонко чувствующие. Потом приснились ей палаты царя Афрона, про которого сказывала ей сказки старая нянька. Сама Лиза была Елена Прекрасная, а милый ее Апексис-царевич сидел рядом с нею и глядел на нее нежно, благополучно окончив все свои подвиги при помощи Серого волка, который мирно щипал травку на лужайке. Проснулась Лиза на заре, нежно веселая.
— Что, Лизанька, Лушку нынче во сне видела? — спросила ее утром Надежда Сергеевна.
— Нет, маменька, — весело отвечала Лиза.
Николай Степанович, ласково поглядев на нее, засмеялся и сказал:
— Знаю, знаю, черноглазая плутовка, кто тебе снился: Алексис-царевич прекрасный всю ночь во сне грезился.
Лиза покраснела и воскликнула чистосердечно: