— Ах, конечно, не сразу! — отвечала Валентина. — Я подготовлю постепенно.
Как это часто бывает, когда душа потрясена высоким чувством, проказливая память подсказала Тимаеву глупый анекдот, и он сказал:
— Карапет немножко простудился, завтра похороны.
Валентина сердито посмотрела на него, хотела сказать что-то резкое, но увидела его расстроенное лицо и покрасневшие глаза, опять заплакала, поцеловала мужа и вышла.
II
Лепинские жили недалеко, минут пять ходьбы. Такой же громадный дом с такими же архитектурными вычурами, такой же узкий лифт, двум едва повернуться, такая же светлая и уютная квартирка на седьмом, полумансардном этаже.
Евгения встретила Валентину в передней. Улыбаясь нежно, поцеловала ее. Сказала:
— Ленька счастливый пришел, говорит, — портрет очень красивый будет, гораздо лучше меня самого.
Потом, вглядевшись, обеспокоилась.
— Ты плакала о чем-то?