«Что ж тут сидеть? — подумал он. — Может быть, сейчас письма из ящика вынимать будут. Надо послать скорее».
Гриша вдруг решился, схватил письмо и побежал в переднюю, на лестницу, на улицу. Ни шапки, ни обуви не надел, очень торопился.
Сбежал с третьего этажа, к выходной двери. Швейцариха, жена запасного, поглядела на него и сказала:
— Морозно, Гришенька. Простудитесь.
Гриша весело сказал:
— Ничего, я только до почтового ящика.
— Письмо, что ль, опустить? — спросила швейцариха. — Так Петяйка сбегает, он дома.
Но Грише хотелось самому кончить начатое. Самому всегда веселее все делать. Он крикнул:
— Нет, я сам. Петяйка сунет в благотворительный ящик, письмо заваляется, а оно спешное.
И выбежал на улицу. Только белый галстук взметнулся от сквозняка в дверях. Швейцариха покачала головой. Подошедшая к телефону барышня из двадцать второго номера, зеленолицая и худенькая, всплеснула руками и вскрикнула: