В одну из своих учениц, дочку заезжего пензенского помещика, он вдруг влюбился. Как с ним случилась такая напасть — он и сообразить не мог. До того времени он боялся женщин, старался избегать встреч с ними и разговоров, а когда такое бегство оказывалось невозможным, то конфузился, краснел, не поднимал глаз.
Точно так же он поступал и со своими ученицами, а тут вдруг поднял глаза, да и увидел перед собою юную белокурую головку, нежные розовые щеки, тихую улыбку, выказавшую ряд ровненьких, беленьких зубов.
Непостижимое что-то совершилось с Иваном Федоровичем, не в силах был он оторвать глаз от этого милого личика, сбился, спутался и никак не удавалось ему объяснить барышне именованные числа.
— Иван Федорович, что это вы на меня так странно смотрите? — проговорила барышня, а сама вдруг вспыхнула как маков цвет.
Молодой учитель задрожал всем телом:
— Я ничего-с!.. Я так-с… извините, пожалуйста, Марья Семеновна…
Она засмеялась так звонко и весело и сквозь смех проговорила:
— Чего же вы извиняетесь? Вы меня ничем не обидели…
Но вдруг, прекратив смех и сделавшись очень серьезной, прибавила:
— Так что же такое именованные числа, я все никак понять не могу, повторите, пожалуйста?