– Так она здесь! Она жива! Слава Богу! Скорее к ней, скорее!
Но иезуиты под всякими предлогами мешкали. Им нужно было время для того, чтобы вывести Беату и Гальшку из подземелья. Наконец после долгих переходов и остановок сопровождаемые несколькими монахами и сотнею своих воинов Острожский и Сангушко остановились у какой-то двери.
– Здесь! – сказал чей-то голос.
Князь Дмитрий Андреевич с замирающим сердцем отворил двери.
Перед ним стояла княгиня Беата.
Она еще издали слышала голоса, слышала бряцание оружия. Приведшие их сюда из подземелья монахи ничего ей не сказали. Она была уверена, что сейчас встретится лицом к лицу с Гурко. Обезумевшая от ярости и злобы, она готовилась на страшное дело. Уже давно она носила с собою кинжал с одной заветной мыслью. Судьба, очевидно, желает исполнения этой мысли. Кинжал сверкнул в руке ее. Прежде чем Гурко скажет слово, прежде чем он увидит Гальшку, она повалит его мертвого перед собою. А там пусть будет, что угодно Небу.
Дверь отворилась. Беата сделала шаг и яростно взглянула на входившего…
И вдруг она отшатнулась. Оружие выпало из руки ее.
– Мертвец! – дико взвигнула она и упала навзничь, теряя сознание.
Но князь Дмитрий Андреевич не видел всего этого, не заметил Беаты.