Они прошли в столовую, и Зацепин и Колым-Бадаев с видимым удовольствием приступили к закуске. Князь же ничего не ел и все прислушивался.
— А где же, кнэзь, твоя дочка? — спросил Колым-Бадаев.
— Она у себя, постой, увидишь… Эх, что же это жених не едет! — не вытерпев, крикнул он.
В это время изо всей силы кто-то дернул звонок и, прежде чем хохол успел пробежать в переднюю, опять зазвонили еще и еще, с каким-то остервенением.
Колым-Бадаев и Зацепин даже беспокойно взглянули на князя.
— Что это? Кто может так звонить?
Князь засмеялся.
— Это он, он всегда так звонит!..
Через несколько секунд в столовую влетел Кокушка, завитой барашком, с удивительно закрученными усами, во фраке, в белом галстуке, с орденом Нины.
Он не обратил никакого внимания на незнакомые ему лица, подбежал прямо к князю и затрещал: