— Алексей Иванович, — сказала она, — придвиньтесь поближе и будемте говорить! Или, может быть, вы интересуетесь тем, что там читают?
— Необыкновенно! — шепнул он, осторожно приподнял свой стул и придвинулся ближе к Маше.
— Алексей Иваныч, знаете, ведь вы себя очень нехорошо ведете! — тихонько говорила она.
— Я нехорошо себя веду? Марья Сергеевна, вы меня пугаете!
Он сделал испуганную физиономию.
— Я вовсе не шучу, я давно собиралась спросить вас, что такое делается с вами?.. Вы в последнее время изменились… Не скрывайтесь и не вывертывайтесь, будьте достойны участия, которое вам выказывают… Скажите мне, что такое с вами случилось. Неприятность большая, какое-нибудь горе?! Я хочу знать…
В его глазках, прикрытых очками, засветилась радость…
— Уверяю вас — со мною ровно ничего… никакого горя, никакой неприятности… Напротив, мои дела идут очень хорошо до сих пор, удачно…
Она нетерпеливо и тихонько ударила ногой об пол.
— Ведь я знаю… я вижу, что у вас есть что-то особенное… Но если не хотите быть откровенным — бог с вами… извините мне мою навязчивость…