— У Груни? Какой Груни?.. Ах, да!.. Груня… знаменитая…
— Поджигательница, — договорила Софья Сергеевна.
— Нет, не поджигательница, а актриса, певица, артистка, о которой говорили во всех газетах, которая производила фурор и в Италии, и в Лондоне, и в Вене, и в Берлине! — высчитывала Марья Сергеевна. — Так ты был у нее? Это очень хорошо… Какая она? Расскажи. Я видела ее портрет, он у меня даже и теперь где-то. Она красавица, правда это?
— Красавица… да, — сказал Владимир.
— Где же она остановилась, в какой гостинице?
— Она живет теперь у Кондрата Кузьмича, в его домике.
— Неужели! — воскликнула Марья Сергеевна. — Это мне очень нравится. Знаешь, я непременно хочу познакомиться с нею… и ты мне поможешь в этом.
— С удовольствием!
— Только этого и недоставало! — с сердцем воскликнула Софья Сергеевна. — Самое лучшее, советую пригласить ее сюда, задать в честь ее обед…
— Так бы и следовало, конечно, — отозвалась Марья Сергеевна, — но я не хочу подвергать ее обидам, без которых не обойдется.