III
Царевны занимали дворец, остатки которого до сих пор еще существуют в конце Летнего сада. Это был небольшой и совсем не роскошный дом, несравненно проще убранный, чем дом князя Меншикова, только кругом него во все стороны шел превосходный сад, заключавший в себе теперешний Летний, Царицын луг и Михайловский сад.
Вернувшись домой после катания с императором, великая княжна Наталья велела позвать к себе барона Остермана. Он не замедлил явиться.
— Что прикажите, принцесса? — ласково глядя на нее, спросил Андрей Иванович.
— Садитесь, мне многое нужно сказать вам, — отвечала Наталья, указывая ему кресло.
Барон сел и все с тою же ласковой улыбкой приготовился слушать.
— Вот вы ушли, а после вас случились самые неожиданные вещи, — начала Наталья.
— Я уж кое‑что слышал, — ответил Андрей Иванович.
— Откуда? Кто же мог вам сказать? Да, впрочем, и спрашивать нечего, вы всегда все знаете. Ну, так что же вы знаете, что вы слышали?
— На этот раз немного. Я знаю только, что была ссора у императора с князем Меншиковым и что вы, принцесса, тому причина.