-- Я вотъ что тебѣ скажу,-- продолжалъ Николай Алексанфовичъ:-- буде ты найдешь возможность распутаться и удержать Снѣжково, конечно, держи его крѣпко. Но если катастрофа неминуема, необходимо избѣгнуть аукціона и не выпустить Снѣжкова изъ нашего рода. Согласенъ ты съ этимъ?
-- Да, конечно!-- растерянно прошепталъ Аникѣевъ.
-- Въ такомъ случаѣ я его куплю у тебя... то есть, не я, у меня такихъ денегъ не водится... а тесть купитъ, то есть моя жена... Понимаешь... все равно, оно, въ концѣ-концовъ, достанется моему сыну... Аникѣеву...
-- Понимаю,-- такъ же растерянно выговорилъ Михаилъ Александровичъ.
-- Согласенъ?
-- Согласенъ.
У него голова закружилась и сердце стучало съ невыносимой болью. Но въ то же время онъ сознавалъ, что комбинація брата -- еще лучшее изъ того, что можетъ случиться. И со стороны Николая это естественно и ничуть не предосудительно...
Но, Боже мой, отчего же такъ противно и мучительно думать обо всемъ этомъ?!
А думать необходимо... Вотъ онъ -- исходъ! вотъ нежданный и спасительный deus 'ex machina. Онъ долженъ былъ явиться, и явился...
Аникѣевъ не слышалъ, что еще говорилъ братъ. Онъ разслышалъ и понялъ только послѣднія слова его: