Она приняла его съ нѣжными, родственными объятіями.
-- Ну вотъ, спасибо, спасибо, Коля, что заглянулъ,-- говорила она, усаживая его въ гостиной на; диванчикѣ, подъ портретомъ Аникѣева.-- Я особенно цѣню, что ты ко мнѣ заѣхалъ именно теперь: вѣдь, я понимаю, сколько у тебя дѣла, какъ тебѣ не до меня! Это, право, очень мило съ твоей стороны, и я тебѣ такъ благодарна... Вѣдь, я совсѣмъ одинока, совсѣмъ покинута... Вотъ даже и Сони моей нѣтъ со мной. Я ее оставила у madame Фрумъ въ Царскомъ. Бѣдная дѣвочка, она такая нервная!.. преслѣдованія Михаила Александровича легко могутъ довести ее до эпилепсіи или чего-нибудь въ этомъ родѣ... Это мнѣ докторъ сказалъ, и необходимо везти ее на лѣто на Кавказъ и въ Крымъ. Необходимо, а между тѣмъ у меня нѣтъ для этого средствъ... Михаилъ Александровичъ не даетъ... Что же дѣлать... я рѣшилась, ты видишь... укладываюсь понемногу... сдамъ квартиру, мебель частью поставлю въ складъ, частью въ квартиру madame Бубеньевой... Ты, вѣдь, помнишь madame Бубеньеву?
Николай Александровичъ усмѣхнулся кончиками губъ и сказалъ:
-- Какъ-же не помнить! Что она -- все такая-же дура пѣтая, и все еще закатываетъ глаза, все еще ищетъ мужа и выпиваетъ съ горя?
Лидія Андреевна засмѣялась
-- Ну, Коля, не будь такимъ злымъ! Конечно, у нея много маленькихъ слабостей, и глупа она иногда непроходимо, но все-таки, право, она такая добрая и принимаетъ во мнѣ большое участіе... А я научилась цѣнить участіе дороже всего, я слишкомъ мало его вижу,-- прибавила она съ глубокимъ вздохомъ.
-- Зачѣмъ же ты перемѣняешь квартиру?-- спросилъ Николай Александровичъ.
-- Ахъ, очень просто, я уѣду съ Соней на Кавказъ и въ Крымъ до глубокой осени. Это, вѣдь, цѣлыхъ полгода, и я такимъ образомъ на квартирѣ выгадаю пятьсотъ рублей. Все, что есть, заложу, кое-что продамъ. Только такимъ образомъ я и могу устроить эту поѣздку. Конечно, это ужасно! Но для Сони, ты самъ понимаешь, я готова на всѣ жертвы! А что будетъ съ нами потомъ, осенью, когда мы вернемся, я стараюсь объ этомъ не думать...
Ея голосъ дрогнулъ, углы губъ опустились, и на глазахъ показались слезы.
-- Вотъ въ какое положеніе поставилъ меня, а, главное, Соню, Михаилъ Александровичъ!-- проговорила она, вынимая платокъ и вытирая глаза.-- Ну, да я не хочу смущать тебя моимъ горемъ, милый Коля, что обо мнѣ говорить, поговоримъ о твоихъ дѣлахъ, это веселѣе.