Едва мы могли с ним расстаться, — полюбили, значит, друг друга.
Вскоре пошел маленький дождь и мой новый приятель распорядился об отъезде.
Вмиг все было убрано, сам он залез в каюту, а рабочие его снова потянули на бичевнике лодки, шагая босыми ногами по сырому берегу реки. Казаки Иннокентьевской станицы долго стояли на берегу, наблюдая за работой маньчжур.
— Тоже цепки. Гляди, как шагают, даром, что тонконоги…
— Тонконогому вольготнее, потому легко…
— Нет я, ребята, думаю, маньчжур этот, хозяин ихний, настоящим барином живет.
— Да-а… Силу, значит, забрал.
— Деньги-то, видно, везде в почете…
— Какой гладкой да жирной…
— Отъелся.