Чайкин понял только, что можно разбогатеть, и слушал речи Долговязого, как сказку.
— А что же потом делать? — спрашивал он.
— Потом… потом… завести какое-нибудь дело и еще больше разбогатеть! Вот что потом… А вы что бы делали, если бы разбогатели… очень разбогатели?
Чайкин не имел представления о размерах богатства и решительно не мог придумать, что бы он тогда делал. Конечно, он послал бы денег в деревню матери, а что дальше — он не мог и придумать…
— Завели бы свой пароход? — подсказывал предприимчивый янки.
Но пароход, казалось, не прельщал будущего богача.
— А то купили бы земли да построили ферму…
— Это лучше! — весело отвечал Чайкин.
Долговязый, по мере сближения с Чайкиным, все более оценивал его душевные качества, хотя и находил, что Чайкин ровно ничего не смыслит в политических делах, и удивился, когда узнал, что он ни разу в жизни не читал газет.
— Вам, Чайк, непременно надо читать газеты… А еще…