Она не могла окончить вопроса. Рыдания душили ее.
— Все в руках господних… Но не мешает теперь же послать за батюшкой.
— Не взволнует ли это бедного брата?
— Взволнует? — удивленно и строго спросила сестра. — Напротив, больные обыкновенно чувствуют облегчение страданий после таинства. Впрочем, как вам будет угодно! — с огорченным видом прибавила сестра.
— Тогда… пожалуйста, пригласите священника… А я приготовлю брата…
— Не волнуйте себя… Когда батюшка придет, дежурная сестра скажет больному. Она сумеет это сделать… А я сейчас же пошлю просить батюшку! — сказала сестра.
И с мягким коротким поклоном тихо удалилась и исчезла за дверями.
— Вера! — донесся из-за полуотворенных дверей голос Бориса Александровича.
Леонтьева вытерла слезы и пошла в комнату.
Тем временем Ордынцев советовал Скурагину ехать с Никодимцевым, ручаясь, что Никодимцев вполне порядочный человек.