— Поневоле будешь сердитая! — ожесточенно ответила кухарка.
— Отчего же?
— А оттого, что я одна на всю квартиру. Все прибери да подмети, и все хозяйка зудит… А тут еще то и дело звонки. Комнаты-то все студентам сданы, ну и шляются к ним, и они шляются… Отворяй только. А ноги-то у меня не чугунные. Так как вы думаете, господин, можно мне быть доброй? — спросила она.
Ордынцев принужден был согласиться, что нельзя, и, извинившись, что побеспокоил ее, вышел за двери.
И в ту же секунду из дверей противоположной квартиры вышли его жена и Козельский.
Несмотря на густую вуаль, Ордынцев отлично разглядел жену. Он встретился с ней, так сказать, носом к носу.
Она немедленно скрылась в квартиру. Вслед за ней вошел и смутившийся Козельский, и двери захлопнулись.
Ордынцев машинально подошел к двери, никакой дощечки на ней не нашел и, постояв несколько секунд у дверей, стал тихо спускаться по лестнице.
— Так вот оно что! — наконец произнес он, словно бы внезапно озаренный и понявший что-то такое, чего он прежде не понимал.
Он сел на извозчика и велел везти в больницу, взглянув предварительно на рысака.