- Понравился? - улыбнулся я.
- В нем больше добродушия, чем я предполагал... И умница... Что ж, в самом деле, на него нападать... Ну, случился с ним грех, он пострадал за него... Что там ни говорите, а жаль старика... Укатали сивку крутые горки!
- Едва ли... Пустите-ка этакого козла в огород - он вам покажет!
- Да вы что ж это?.. А еще гуманный человек! Не верите, что ли, в возможность раскаяния?
- Верю, милейший Алексей Петрович. Но только кающиеся люди не драпируются в мантию непонятых страдальцев и не плачут крокодиловыми слезами.
- А черт его знает... Быть может, он и в самом деле не так виноват!..
Я только засмеялся в ответ.
IV
Поздним вечером мы вышли с Рудницким от Петровских. Узнав, что я пойду в гостиницу пешком, Рудницкий предложил идти вместе.
- Что за чудный вечер! - заговорил мой спутник после нескольких минут молчания. - Теплынь, тишина! Невольно вспоминаются иные страны, иные небеса... У нас здесь такие вечера - редкость... Благодать да и только!